Форум » Музыкальная жизнь » Выставки » Ответить

Выставки

Карина: Анонсы предстоящих выставок, посвященных музыкальному театру.

Ответов - 26

Карина: источник "Альбом на память" - русский балет в фотографиях c 29 мая по 10 июня Санкт-Петербург В Михайловском замке Государственного Русского музея открывается выставка "Альбом на память" из итальянской частной коллекции. Экспозиция включает 47 фотографий, рассказывающих о русском балете дягилевской эпохи. Накануне Второй мировой войны вокруг Сергея Дягилева объединилась группа молодых талантливых хореографов, танцоров, художников и музыкантов, которые хотели доказать, что танец может быть не просто приятным "развлечением". Так в 1907 года появились ежегодные зарубежные выступления русских артистов - "Русские сезоны". "Сезоны" были средством пропаганды русского балетного и изобразительного искусства и способствовали расцвету балета в странах, где этот жанр не был развит. От Берлина до Парижа зрители, затаив дыхание, наблюдали за художественной революцией ХХ века. В 1911 году Дягилев организовал балетную труппу "Русский балет С.П.Дягилева", гастролировавшую по миру. Труппа просуществовала до 1929 года - до смерти ее организатора и вдохновителя. Выставка представляет костюмы, фотографии, архивные материалы и изображения дягилевской эпохи из коллекции известного танцора и хореографа Тони Канделоро. Многие экспонаты были переданы Канделоро звездами русского балета - Тамарой Тумановой, Антоном Долиным, Мией Славенской, Николаем Березовым и Татьяной Крансевой, Ниной Тикановой, Иреной Лидовой. Один из разделов выставки посвящен Айседоре Дункан. Экспозиция включает редкие снимки известных фотографов тех лет (Рузен, Липницкий, фон Риль и Лидо), запечатлевшие исторические моменты жизни русского балета. Некоторые из этих работ никогда не показывались публике. Среди экспонатов семь личных фотографий Павловой, на которых она позирует для скульптуры в интимной обстановке гостиничного номера. А также драматическая фотография Нижинского в "ссылке". »» Инженерный (Михайловский) замок (филиал Русского музея) Адрес: город Санкт-Петербург, Садовая ул., д.2 Проезд: Ст. м. "Невский проспект" Телефоны: (812) 313-4112, 313-4173, 347-8701, 313-4112 URL: www.rusmuseum.ru EMail: info@rusmuseum.ru

Карина: источник Выпуск № 152 от 17.08.2007 Легендарная Тебальди 24 августа в выставочных залах Шереметевского дворца (наб. р. Фонтанки, 34) открывается выставка, посвященная жизни и творчеству дной из самых ярких звезд итальянского оперного искусства ХХ века. Великая Рената Тебальди родилась в 1922 году, на оперной сцене дебютировала в двадцать два года. Громкая слава пришла к ней спустя два года, когда певицу пригласили в «Ла Скала». Критики называли голос Тебальди чудом. Вокальная техника помогала ей исполнять самый разнообразный репертуар – от Генделя и Моцарта до Пуччини и Верди. Любимым автором певицы в пору зрелости был Верди. Партии Аиды, Виолетты, Дездемоны и Леоноры в ее исполнении стали исключительным событием в мире музыки. Соперничество с Марией Каллас привело к тому, что Тебальди приняла приглашение работать на сцене «Метрополитен-опера» в Нью-Йорке. Она пела на сценах лучших оперных театров мира. В 1975 году певица дала три, как вспоминают слушатели, незабываемых концерта в России – в Ленинграде, Москве и Киеве. Выставка, посвященная Ренате Тебальди, организована в 2005 году, спустя год после смерти певицы. Она стала событием в культурной жизни Италии и обошла оперные театры Вены, Палермо, Барселоны, Лозанны. В нашем городе выставка проводится по инициативе Культурного центра Елены Образцовой и при содействии муниципалитета Милана. В Шереметевском дворце она демонстрируется в рамках Международного конкурса молодых оперных певцов Елены Образцовой. Посетители увидят видеоматериалы выступлений певицы, услышат ее голос, восхитятся роскошными сценическими украшениями, костюмами и концертными платьями. Многие из костюмов сделаны по эскизам Николая Бенуа, работавшего в «Ла Скала». В состав выставки также входят документы из личного архива Тебальди, фотографии, награды.

Карина: источник «Алла Осипенко. Танец как способ жизни» Шереметевский дворец 1 ноября 2007 - 31 января 2008 года Открытие для приглашенных лиц и представителей СМИ 31 октября. Время открытия уточняется. Алла Осипенко — одна из немногих балерин, чей талант соединил в себе безупречность балетной грации и выдающееся драматическое дарование. В 1950-70-е гг. актерская индивидуальность Осипенко была востребована современными хореографами — Юрием Григоровичем, Игорем Бельским, Игорем Чернышовым, Георгием Алексидзе, Борисом Эйфманом. В течение многих лет для нее ставил балеты гениальный Леонид Якобсон. Не только щедро отпущенные природой данные танцовщицы, но масштаб ее человеческой личности обогащали хореографический рисунок роли. Алла Осипенко стала лицом балетных реформ и свершений 20 века, причем не на Западе, как это случилось с ее знаменитыми друзьями и коллегами, а в России, за «железным занавесом». Насыщенная исканиями артистическая жизнь Аллы Осипенко постоянно сопрягалась с руслом традиционного классического репертуара. Ученица Агриппины Вагановой, Осипенко начинала свой творческий путь на сцене Кировского театра, где создала незабываемые образы Феи Сирени, Одетты-Одиллии, Раймонды в балетах П. Чайковского и А. Глазунова. Экспонаты выставки рассказывают о жизни и творчестве балерины Осипенко, а также об истории её семьи, восходящей к роду великого русского художника Боровиковского. Посетители смогут увидеть на выставке фотографии из театральных и семейных альбомов, личные письма и дневники, архивные документы, сценические костюмы и эскизы к ним, живописные, скульптурные и фотопортреты, в которых художники пытались отразить незаурядную личность Осипенко. Выставка сопровождается видеозаписями, запечатлевшими танец Аллы Осипенко и интервью балерины. Материалы для выставки предоставлены Мариинским театром, Академией русского балета им. А.Я. Вагановой, Центральным государственным архивом литературы и искусства, а, главное, самой Аллой Осипенко и ее друзьями.

Vladimir: В субботу в Шереметьевском дворце в рамках выставки, посвященной творчеству А. Е. Осипенко, состоялась встреча с замечательной бпалериной. на которой А. Е. поделилась своими сокровенными мыслями об искусстве балета и вспомнила о некоторых своих лучших творениях, созданных вне стен МТ. Встреча сопровождалась редкими записями Двухголосия и Автографов Эйфмана. балетов, посвященных балерине. Жаль, что на встрече было мало балетоманов. Ведь всегда приятно встретиться с умным и интеллигентныим человеком, и к тому же выдающимся профессионалом в своем деле.

Эдуард: К сожалению,8 декабря прилетел из новосибирска,а вечером-бенефис Ильи Кузнецова.Надеюсь,обязательно состоится встреча с Аллой Евгеньевной в Театральном музее.Заглянув в компьютер,увидел сообщение от Константина Балашова,составителя сборника "Алла Осипенко".Мариинский театр отказался реализовывать этот сборник в своих киосках Пять инстанций завизировали,шестая-отказала.Неужели сегодняшние руководители театра считают,что Алла Осипенко не имеет отношения к славе Мариинки или мстят за что-то?Разделяю возмущение Константина по этому поводу.Владимир,говорила ли Алла Евгеньевна что-либо об этой ситуации?

Vladimir: Эдуард, Алла Евгеньевна ничего об этой ситуации не говорила. Она говорила о многих других вещах, в частности о тех людях, которые не приняли ее юбилейного концерта. Осипенко не такой человек, чтобы самолично создавать себе рекламу. А С Кировским театром у нее оособые счеты. Ведь даже Вишневой на афишу Легенды не разрешили вынести посвящение А.Е.

Карина: источник Открывается выставка «Петербург – город вдохновения» Фотовыставка «Петербург – город вдохновения» - это 22 истории об отношениях города и его жителей. Известные люди Петербурга - актеры, музыканты, бизнесмены - рассказали о тех местах города, которые стали источником особого внутреннего состояния и ценных переживаний в жизни, карьере, любви. По тем же городским маршрутам воспоминаний прошли лучшие петербургские фотографы, среди них известные - Евгений Мохорев, Александр Китаев, Андрей Чежин, и начинающие свой путь в фотографии - Петр Титаренко и Слава Королёв/ Студия FOCUS, Татьяна Плотникова, Кирилл Арсеньев, Алексей Тихонов, сообщает сайт Фотодепартамент. На выставке представлено более 70 фоторабот. Постановочные и документальные фотографии, традиционные черно-белые и стремящиеся к художественному эксперименту с цветом и настроением - фотоработы объединили в одной экспозиции разные авторские приемы и техники, обозначили разные художественные позиции. Город в работах фотографов предстал во всем многообразии своих лирических и повседневных проявлений, и каждый раз его магический свет вдохновляет и самого автора. О своих дорогих сердцу маршрутах в Петербурге рассказали Олег Басилашвили, Ирма Ниорадзе, Арам Мнацаканов, Алексей Белявский, Анна Прозорова, Михаил Боярский, Татьяна Парфенова, Игорь Гуляев, Андрей Бочков, Игорь Мельцер, Лиина Перлова, Лев Щеглов, Анна Самохина, Николай Меренков, Тамаз Мчедлидзе, Василий Герелло, Иван Ургант, Михаил Генделев, Наталья Скатова, Борис Фридлендер, Лиза Боярская. Фотограф Петр Титаренко от имени своих коллег поблагодарил организаторов выставки за возможность создать арт-проект, интересно поработать и получить результат. Он над своими фотографиями работал в основном по ночам. При этом его снимки чем-то напоминают кинозарисовки. В них участвуют актеры, изображающие тот или иной сюжет. Например, балерина Мариинского театра Евгения Образцова изображала Соню Мармеладову в серии снимков о Петербурге Достоевского, передает Лениздат.ру. Одним из участников проекта, порекомендовавший фотохудожникам собственный петербургский маршрут, стал солист Мариинского театра Василий Герелло. — Бог дал мне профессию оперного певца, без вдохновения мне никак. Каждый мой приезд в Петербург — это уже вдохновение. Мое любимое место — это часовня Ксении Блаженной. После ее посещения мне хочется жить, — отметил он. О других местах, которые вдохновляют известных петербуржцев, рассказала Оксана Виноградова. Так, актер Олег Басилашвили любит свой театр БДТ и Владимирский собор. Ирма Ниорадзе — Летний сад и набережную Робеспьера, ресторатор Игорь Мельцер — Александровский и Летний сады. Фотовыставка «Петербург – город вдохновения» 23 февраля - 7 марта 2008 Библиотека им. В.В. Маяковского / Невский пр., 20 Большой выставочный зал, 2 этаж

Карина: источник Выставка, посвященная творчеству Михаила Барышникова, открылась в Академии русского балета Все этапы жизни и творчества Михаила Барышникова охватывает выставка, открывшаясяв Музее Академии русского балета имени Агриппины Вагановой. Экспозиция посвящена 60-летию со дня рождения выдающегося танцовщика - выпускника академии 1967 года. На самой ранней фотографии он запечатлен учеником первого класса в сцене "дети на елке" в "Щелкунчике" еще в пору своей учебы в Рижском училище. А последний "советский" кадр - его дуэт с Натальей Бессмертновой в "Жизели" на сцене Кировского ( сейчас- Мариинского) театра. Телезапись этого спектакля по идеологическим требованиям того времени была уничтожена в 1974 году, когда Барышников, уехав на гастроли за границу, оказался "невозвращенцем". На других снимках он запечатлен со своим главным педагогом по классике - Александром Пушкиным, с балетмейстерами Игорем Бельским и Константином Сергеевым.

Карина: источник Красота возвращается Исследователь моды Александр Васильев собрал уникальную коллекцию старинных фотографий. На черно-белых снимках – цвет русской эмиграции, сыгравший свою роль в истории парижской моды. Александр Васильев оказался в нужное время в нужном месте. Время – 1982 год, место – Париж. Еще были живы последний мирискусник Дмитрий Бушен и художник ар-деко Эрте (петербуржец Роман Тыртов), примы «Русских сезонов» Дягилева. Доживали свой долгий век аристократки-эмигрантки, поменявшие роскошные русские особняки на скромные шато, а занятие «ничегонеделанье» – на профессию манекенщицы или модельера. Приехав в Париж, Васильев отправился к ним и получил в подарок или приобрел бесценные архивы, фотографии, предметы гардероба, аксессуары, а также воспоминания этих блистательных мужей и дам. На основе уникального материала Васильев написал исследование «Красота в изгнании», где раскрыл значение российской культуры для европейской моды и искусства. Собственно, фотографии, приведенные в этой книге, и будут показаны на выставке. Можно будет увидеть танцовщиков и хореографов Нижинского и Лифаря в костюмах Бакста, великую княгиню Марию Павловну Романову (хозяйку парижского ателье «Китмир»), Ирину и Феликса Юсуповых (владельцев модного дома «Ирфе»). «Красота в изгнании». Фотографии из коллекции Александра Васильева. Государственный центр фотографии, 7 марта – 7 апреля

Карина: источник Коллекция Лобановых-Ростовских откроется в сентябре Сокровища Константиновского дворца пополнятся одной из самых известных в мире частных коллекций — собранием князя Лобанова-Ростовского. О покупке коллекции сегодня официально объявил управделами президента Владимир Кожин. Сейчас она находится в специальном хранилище в Кёльне, а вскоре ее перевезут в Санкт-Петербургский театральный музей. Для публики выставку торжественно откроют в начале сентября, передает НТВ-Петербург. Как пишет "Коммерсант", Владимир Кожин сообщил, что переговоры с живущим в Лондоне князем Никитой Лобановым-Ростовским о приобретении его собрания велись с конца прошлого года, оценкой занимались эксперты, искусствоведы и финансисты, а 15 февраля 2008 года знаменитая коллекция была куплена благотворительным фондом "Константиновский" за $16 млн. Эту сумму заплатили за 810 произведений театрально-декорационного искусства (эскизы костюмов, декораций, афиши, программки), созданных примерно 140 русскими художниками в 1880-х - 1930-х годах. Журналистам показали слайды с работ Льва Бакста, Ивана Билибина, Александра Бенуа, Константина Коровина, Николая Рериха, Марка Шагала, Натальи Гончаровой, Александры Экстер, Павла Челищева, Сони Делоне и других больших художников. Пока собрание находится в спецхране в Кельне, но вскоре прибудет в Россию. Коллекция Лобановых-Ростовских является собственностью фонда "Константиновский", капитал которого, по словам господина Кожина, "целиком частный", однако будет передана на временное хранение в госучреждение: уже в сентябре все эти сокровища выставят в двух шагах от Александринского театра - в петербургском Музее театрального и музыкального искусства. А впоследствии собрание Лобановых-Ростовских, скорее всего, переедет в конгресс-центр, который сейчас строят в государственном комплексе "Дворец конгрессов" в Стрельне, - переоборудованием Константиновского дворца и парка под эту правительственную резиденцию как раз и занимался фонд "Константиновский". То есть в будущем коллекция Лобановых-Ростовских, купленная обществом анонимных благотворителей, окажется по соседству с коллекцией Мстислава Ростроповича и Галины Вишневской, купленной Алишером Усмановым и разместившейся в Константиновском дворце. У коллекции Лобановых-Ростовских репутация двойственная. С одной стороны, это уникальное по масштабу частное собрание русского театрально-декорационного искусства первой трети XX века, особо ценное для России тем, что восполняет пробел в наших знаниях о крайне плодотворной работе художников-эмигрантов в театрах Европы и Америки. Здесь и мастера дягилевских балетов, из костюмов и декораций которых выросло европейское art deco, и авангардисты ранга Натальи Гончаровой и Эль Лисицкого, и прочие деликатесы, от каких текут слюнки у Третьяковки и Русского музея. С другой стороны, русский авангард, имевший хождение на западном рынке начиная с 60-х годов, был дискредитирован многочисленными подделками. Владимир Кожин уверял, что количество сомнительных вещей в собрании Лобановых-Ростовских не превышает 1%. Однако на вопрос корреспондента "Коммерсанта", были ли среди экспертов, оценивавших коллекцию, специалисты по авангарду, господин Кожин уклончиво отвечал, что экспертов было очень много, но по именам назвал только двух. Это член-корреспондент Российской академии художеств, доктор искусствоведения, проректор петербургской Репинки и реставратор высшей квалификации Юрий Бобров - крупнейший специалист, но по древнерусской живописи, иконам и фрескам. И ведущий научный сотрудник петербургского Музея театрального и музыкального искусства Елена Грушвицкая, специализирующаяся на современном театрально-декорационном искусстве. В этом контексте примечателен один пассаж из пресс-релиза фонда "Константиновский" относительно копий, трафаретов и калек, обильно представленных в коллекции Лобановых-Ростовских: "Специфическая особенность произведений театрально-декорационного искусства, в том числе и находящихся в данной коллекции, заключается в том, что художники, работая над постановкой спектакля, нередко повторяли собственные эскизы, используя трафареты, кальки и копировальные материалы". Интересно, что разговоры о продаже коллекции впервые прозвучали еще в 1994 году, когда ее показали в Москве, в ГМИИ имени Пушкина. Но тогда речь шла о закупке в музей только 200 отобранных экспертами работ, которые были оценены в $3,5 млн. Три года спустя князь Лобанов-Ростовский в интервью Ъ объяснил, что сделка не состоялась, потому что музей не смог найти финансирование. В 1999 году возник новый претендент на коллекцию - Зураб Церетели, который хотел купить ее для открывавшегося Московского музея современного искусства. В переговорах фигурировала сумма $3 млн, но стороны так и не пришли к согласию. И вот, наконец, с третьей попытки знаменитому коллекционеру удалось целиком продать свое собрание на историческую родину, которая теперь в таких вопросах не мелочится.

Ольга Белицкая: источник Петербуржцы смогут сравнить две балетные сцены России на выставке в Шереметьевском дворце Санкт-Петербург. Выставка «Две балетные сцены России» пройдет с 1 августа по 30 октября в Шереметьевском дворце. Как сообщили Балтийскому информационному агентству (БИА) организаторы мероприятия, посетителям представят коллекции музея Московского Большого театра и Санкт-Петербургского государственного музея театрального и музыкального искусства. На выставке будут представлены эскизы декораций и костюмов, сценические макеты, фотографии и скульптурные изображения артистов, театральные костюмы, бутафория. «Герои этой уникальной экспозиции – одноименные балетные спектакли, осуществленные в разное время на сценах петербургского Мариинского и московского Большого театров», - рассказывают организаторы. - «Посетителям выставки дана редкая возможность увидеть через визуальный образ балета, как в сотворчестве композиторов, балетмейстеров и художников на единой музыкальной основе рождаются разнообразные театральные миры». Организаторы отметили, что для выставки отобрано 14 знаменитых балетов, сыгравших особо важную роль в истории двух главных музыкальных театров России и отражающих картину балетной сцены России разных эпох, смену художественных направлений и стилей.

Карина: источник Одной ногой в России В Музее театрального и музыкального искусства в Петербурге открыли "Возвращение в Россию" -- коллекцию искусства начала XX века из собрания князя Лобанова-Ростовского. Комментирует АННА МАТВЕЕВА. Скромный театральный музей на задворках Александринского театра давно не видел такого ажиотажа: вчера к нему один за другим подъезжали кортежи с мигалками под конвоем машин ГИБДД. При беспрецедентном стечении народа в присутствии вице-губернатора Петербурга Аллы Маниловой и множества важных персон из местных администрации и бизнеса открылась выставка "Возвращение в Россию" коллекции князя Лобанова-Ростовского. Князь присутствовал тоже. Супружеская чета Лобановых-Ростовских -- князь Никита и его жена Нина -- еще в 1960-е стала собирать искусство начала ХХ века, причем особенно их интересовало искусство театральное. Лобановы-Ростовские скупали еще по тогдашним ценам, которые сейчас кажутся копеечными, работы мирискусников, футуристов, авангардистов. Это эскизы театральных декораций, костюмов, афиши, пестрящие именами, которые сегодня входят в любой учебник. Коллекция, сформированная десятилетиями труда, уникальна -- так же, как уникальна отраженная в ней эпоха. Бурное начало ХХ века привлекло к дизайну театральных постановок (а чуть позже -- кино) всех звезд "настоящего" и "большого" искусства. Мирискусники и прочие художники 1900-х любили и ценили работу в театре -- это соответствовало общему "театральному", фантазийному настроению русского искусства тех лет. Сменившие их авангардисты вдохновлялись мечтой перелопатить весь мир и построить новый по законам творчества, и потому им было дело до всего -- до оформления массовых праздников, до дизайна бытовых мелочей, ну и театром они тоже занимались с большой охотой. Именно поэтому в коллекции Лобановых-Ростовских -- не история оформительского искусства, а все начало ХХ века в миниатюре. Все звездные имена искусства тех бурных лет, чьи работы в "большом" живописном жанре стоят сейчас десятки миллионов, отметились в княжеском собрании: кто наброском декорации, кто эскизом костюма, кто проектом постановки. На выставке 350 картин, эскизов и афиш, и набор имен может заставить умереть от зависти директоров самых крупных музеев. Эскизы Александра Бенуа к "Соловью" Стравинского и "Павильону Армиды" Черепнина. Прелестный набросок Константина Сомова -- не просто рисунок, а проектное предложение: костюм Сомов придумал персонально для примы-балерины и властительницы умов Тамары Карсавиной. Неподалеку и другие танцовщицы: если нарисованная Зинаидой Серебряковой балерина Александра Данилова, утомленно упавшая в кресла, выглядит еще вполне в русле академической традиции, то портрет Анны Павловой кисти Василия Шухаева уже несет на себе следы знакомства с модернизмом и авангардом -- его линии стилизованы, упрощены, но при этом так и гудят внутренним напряжением. Эскизы Марка Шагала к "Алеко" Чайковского еще достаточно спокойны, но пройдет еще пара лет -- и перед нами уже убежденно авангардные наброски Михаила Ларионова к "Полуночному солнцу" Римского-Корсакова. А от них уже рукой подать до жемчужины всей коллекции: рисунков Эль Лисицкого к опере, ставшей символом всего русского авангарда, -- "Победе над солнцем" Михаила Матюшина на слова Алексея Крученых. Совместно с Лисицким над постановкой "Победы над солнцем" работал Казимир Малевич, а известна опера прежде всего тем, что именно из нее, с придуманного Малевичем занавеса, в искусство вошел знаменитый "Черный квадрат". В кульминационный момент оперы квадрат поднимался над сценой вместо побежденного солнца. Несмотря на все великолепие, вопросов выставка вызывает гораздо больше, чем хотелось бы. Статус ее непонятен. В феврале этого года коллекцию, которую чета Лобановых-Ростовских собирала полвека, приобрел российский фонд "Константиновский", имеющий прямое отношение к администрации президента РФ (Ъ писал об этом 9 июня). Причем приобрел не напрямую от собирателя: как оказалось, Никита Лобанов-Ростовский незадолго до продажи коллекции передал все права на нее офшорной фирме Europactole Properties, которая и выступила продавцом. При этом "Константиновский" приобрел не всю коллекцию, а примерно половину ее: вторая часть, включающая обширное собрание архивных материалов, а также самое интересное -- живописные холсты тех же звезд начала ХХ века -- осталась во владении офшора. Когда коллекция воссоединится, неясно. Фонд лишь планирует докупить оставшееся -- об этом сообщил управляющий делами президента РФ Владимир Кожин. По его словам, существующая часть коллекции будет храниться в Театральном музее, пока рядом с резиденцией президента РФ в Константиновском дворце не будет построен комплекс "Звездный путь", а потом разместится в Стрельне. Так что рекомендуем идти и смотреть сейчас. А то мало ли что.

Карина: источник Возвращение в Россию. Коллекция Лобановых-Ростовских Уже сейчас долго разбирать, где он делал историю, где она его коллекцию. Общая сумма — 810 штук, купленные фондом «Константиновский», из чего выставлено более трети, — все это обычно не так выглядит. Как та же порода, но в… Как это назвать, памятуя геологическое образование Никиты Лобанова-Ростовского и его происхождение одновременно, не поминая «породу»? Все, что народилось примерно в те же годы, что и родители Никиты Дмитриевича, скомпоновано в довольно непривычную сумму — наверное, потому что школьная программа, по которой представляешь Серебряный век в отличие от коллекционерской страсти работает опрощениями, исключая странности. Бенуа, Сомов, Судейкин, Добужинский, Головин, Билибин, Стеллецкий — ну то есть все-все-все; хотя Добужинского надо бы вперед, а потом поставить Сапунова. И уж затем Судейкина (притом должен представляться не тот Судейкин, что из компании с Сапуновым, а кругломордое существо не то яковлевского, не то шухаевского исполнения в соседнем зале); потом Ларионов и Гончарова — именно в этом порядке, простите, дамы; потом по накатанной — Малевич, Эль Лисицкий, Попова, далее русская «парижская школа», но тут следы, что называется, теряются. А у Лобанова-Ростовского не теряются. Никита Дмитриевич собирает русских парижан. Какого-нибудь Жана Паске, урожденного Ивана Паскевича, — в запале, видно, рассчитывая, что и здесь история согласится с ним. Что касается остального — нет, все равно диковата эта история Серебряного века, что даже больше претендует на правду, чем версия школы. Где шизофренический кубизм Юрия Анненкова шизофреничнее официального. Где Павел Челищев — из которого наверняка в ближайшее время сделают что-нибудь особенное, известный до сих пор как необычный даже для сюрреалистской Европы сюрреалист — такого легче представить в 60-е, а не в 20-е, — тем не менее в 20-е рубил кондово-татлинский конструктивизм. И эта серия эскизов — ах, плюс Попова, — наверное, лучшее. …Где мерзейший Николай Калмаков, который ставил фаллос вместо подписи, которого называли «представителем второго поколения русских символистов», кажется, только из-за того, чтобы в такой интерпретации он мог законно глядеть в задницу первым — рисунками которого Валерий Брюсов покрывал свою московскую квартиру, — он представлен именно в том количестве, которое соотносительно, наверное, и положено Николаю Калмакову в истории Серебряного века. Где куча скучнейших, разочаровывающих банальностей — вроде серовской афиши с Павловой или врубелевского плаката выставки группы художников, еще не ставших «Миром искусства», — и несколько поразительных нелепостей, объяснимых только коллекционерским подбором. Врубеля, сильно больного, вещь — «Дама на котурнах», с нее выставка начинается нечаянно. Вещь изображает если и какой-то театр, то исключительно в одном парализованном мозгу. И мысль в ответ — одна, парализованная: «Могут позволить».

Карина: источник Болгарин барин Рюрикович в 34-м поколении, персона грата повсеместно в самые лютые времена — Никита Лобанов-Ростовский продал знаменитую коллекцию Лобановых-Ростовских, лучшее из существующих частное собрание русской сценографии, фонду «Константиновский». Пока фонд решает, как распорядиться баснословными Бакстами и Бенуа, покамест выставленными в Музее театрального и музыкального искусства, «Афиша» встретилась с князем за чаем — На коллекцию нацеливалась Москва, а досталась коллекция Петербургу — неожиданно, так как московский вариант казался решенным. С обеих сторон делались как бы авансы: вы дарили музеям, а вам подарили музей — резиденцию для семейных реликвий Лобановых-Ростовских в Филях; журналисты уже интересовались, не собираетесь вы перебраться на историческую родину… И теперь «Возвращение в Россию» — это название выставки в Петербурге. А что же Москва? И как музей в Филях? — По поводу собственного возвращения отвечу вам по-ленински четко: я никогда не собирался, не собираюсь и, уверен, в дальнейшем не стану собираться на историческую родину, чтобы там проживать. А отношения с Москвой — они по-прежнему дружеские. То есть отношения с мэром и частью его администрации — дружеские, основанные на постоянном деловом общении (я первый зампред Международного совета российских соотечественников). Вот с главой тамошнего Департамента по культуре у меня вообще нет отношений. Ибо этот департамент я считаю кладбищем полезных отечеству инициатив. Вот этот-то отдел плюс хозяйственный отдел правительства Москвы ставит под вопрос юридическую базу, на которой мэрия передала нам избу в Филевском парке для создания музея семьи Лобановых-Ростовских. Пока все держится только на доброй воле мэра. Предполагаю, что если он уйдет, то администрация приложит все усилия, чтобы музей был ликвидирован. — Разговоры о приобретении коллекции Лобановых-Ростовских ведутся давно. Вы в Киеве вроде бы предлагали сделать музей несколько лет назад, но тогда не вышло. — Я предлагал, только не музей для театральной коллекции, а создать национальную портретную галерею. А также и музей личных коллекций, как в Москве. Оба эти предложения были приняты директором киевского Национального художественного музея года четыре тому назад. И, как это бывает в девяноста процентов случаев, ничего из этого не вышло. Видимо, я не предложил значительный откат. Что еще было — это контракт о продаже нашего собрания, лет семь тому назад одному местному олигарху, который по контракту обязывался построить музей. Контракт уже был подписан обеими сторонами, но я попросил покупателя отложить на две недели пересылку денег — по техническим причинам, — а он за это время передумал и отказался. Предложил заплатить символическую неустойку, но тогда уж мы отказались. Отказались также и судиться с ним — а было можно, у олигарха значительные владения в США и Европе, — но я вспомнил украинскую поговорку «не кыдай камень у ховно». — Одновременно с «Константиновским» вам поступило предложение от Библиотеки Конгресса. — Было, но изустное. Письменное предложение из Москвы мы получили первым. — То есть Россия могла пролететь чисто по очкам? — Совершенно верно. Несмотря на свое разочарование, кстати, директор Библиотеки Конгресса доктор Биллингтон предложил на их средства создать виртуальный музей нашего собрания, которое тогда стало бы всемирным достоянием. Но я не знаю, как к этому предложению отнесется «Константиновский». — Насколько реально, что «Константиновский» приобретет, что осталось? — Что осталось — это значительное количество работ у моей бывшей супруги Нины (урожденная Жорж-Пико, дочь французского представителя в ООН в 1960-е. — Прим. ред.), а также вещи, которые у меня висели дома и те, которым места не хватило и которые держались в хранилище. Одна из шести версий картины Серова «Похищение Европы», например. Плюс научный материал, который был бы необходим собственнику театрального собрания, — скажем, библиотека в 3 тысячи томов. Но у меня нет никакой уверенности, что Константиновский фонд приобретет остальную часть собрания, несмотря на то что библиотека, эскизы и фотоархив напрямую связаны с уже приобретенной частью собрания, а имеющиеся у меня станковые работы являются произведениями той же эпохи и тех же живописцев. — Зачем вообще было куда-то пристраивать коллекцию? — Детей нет. А были б, не факт, что я захотел бы передать коллекцию по наследству. В лучшем случае сыновья еще как-то более-менее бережно относятся к такому наследству, а уж внукам на него точно наплевать. Примерам несть числа. — А что сейчас внушает вам уверенность, что наследие попало в хорошие руки? — Мне мало что внушает уверенность в том, что наше собрание попало в хорошие руки. Если оно бы точно осталось в Музее театра и музыки и было там легко доступно для изучения, тогда его участь ясна. А вот альтернативы пока мне не ясны. — То есть ваше пожелание, чтобы фонд «Константиновский» оставил коллекцию в Музее театрального и музыкального искусства, не факт, что будет выполнено? Только «принято к сведению»? — Принято к сведению. — Вопрос шкурный, но все же: почему именно продавать, а не дарить? — Подобный опыт у меня был, и, как я заметил, отношение к дареным вещам в музеях довольно-таки прохладное. Совсем не то, когда за них платили. — Я нашел у вас следующую максиму: «Искусство надо искать там, где оно создавалось». И много вам удалось найти в России, в Советском Союзе? — Большинство работ в нашем собрании не было создано в Советском Союзе, а те, которые были созданы в России, РСФСР и СССР, были вывезены живописцами в Европу и Америку, где я их и приобретал. Я находил работы беспредметной живописи в СССР, которые в те времена не выставлялись и за владение которыми можно было получить срок, — так что семьи художников и наследники мне часто дарили или продавали эти вещи по льготной цене, радуясь, что эти работы будут по крайней мере спасены. Многое я потом дарил в Метрополитен, в МоМА и Музей Гуггенхайма в Нью-Йорке. — В 70-е в Москве и Ленинграде вы должны были производить впечатление типичного шпиона. Как вам удавалось с людьми общаться в закрытом обществе? Тем паче с коллекционерами, сверхзакрытой кастой? — Мы, Нина и я, были представлены коллекционерам Питера, Москвы и Киева в 1970 году сотрудниками ЦГАЛИ (Центральный государственный архив литературы и искусства. — Прим. ред.). Видимо, тот факт, что некоторых коллекционеров пасло КГБ, как, например, Дмитрия Горбачева (киевский искусствовед, профессор, главный специалист по украинскому авангарду, в те годы хранитель Национального музея Украины. — Прим. ред.) недостаточно их пугал, чтобы прекратить отношения. Кроме семьи Чудновских в Ленинграде, которые не приветствовали продолжение нашего знакомства (коллекция Абрама Чудновского, физика, профессора Политехнического института, прославилась наглейшим ограблением средь бела дня, в котором оказался замешан сам Андропов, а разбирался аж сам Суслов. — Прим. ред.). — В профиль вы немного зеленого черта с эскиза Поповой напоминаете… — Покойный Николай Александрович Бенуа, когда писал мой портрет, говорил, у меня усмешка дьявольская. — Кому-то вы известны больше как коллекционер, кому-то как бизнесмен. Коллекционирование и бизнес: что чему помогало? — Это отношения симбиотические. Коллекционирование очень помогало. У меня появлялись знакомства, а иногда и дружеские отношения с членами Политбюро, ЦК и высшими чинами КГБ (или со всеми разом, как, например, с Андроповым. — Прим. ред.). Когда в 1980-х годах я начал консультировать по русским делам алмазную монополию «Де Бирс», эти знакомства оказались незаменимыми. Познакомил хозяина «Де Бирс» Оппенгеймера с высшей номенклатурой, что позволило тому тогда впервые высказать свои идеи относительно сотрудничества «Де Бирс» с СССР. По которому затем скупалось 90% советских алмазов. А еще познакомил Оппенгеймера с московским Клубом коллекционеров, и «Де Бирс» оплатила год английских гастролей выставки «100 лет русского искусства: 1889–1989. Из частных собраний СССР». Из частных, заметьте. И дала денег на издание «Нашего наследия». — Вы сразу знали, что будете собирать именно русский театр, именно Серебряного века? — С детства, может быть, лет с пяти, когда мы еще жили в Болгарии, я видел и слышал оперу, драматический театр и балет. Картинных же галерей в Болгарии не было. Впервые картины в музее я увидел в 1954 году, уже когда переехал в Англию. Однажды, когда жил у своей крестной в Оксфорде, она взяла меня с собой на великолепную выставку в Лондоне, посвященную сезонам русского балета Сергея Дягилева. И был поражен красотою того, что мне пришлось тогда увидеть, — этой театральностью, буйством лубочных цветов, всей этой русскостью, что имела такое важное значение для моих все-таки незападных глаз. Я был как зачарованный. И как-то вмиг решил, что в моей жизни обязательно настанет один такой прекрасный день, когда подобные работы станут моими. — Но после той лондонской выставки вы нескоро приобрели первые вещи. Не было возможности или долго думали? — В 19 лет карманы мои были пусты — пусты настолько, что всякие мечты что-то иметь можно отнести лишь на счет разгулявшегося юношеского воображения. Это была первая выставка, которую я увидел за границей. Конечно, я знал, что русские писатели и композиторы оказали огромное влияние на западноевропейскую литературу и музыку. Но я не представлял себе — да тогда вообще очень немногие понимали, — что частью этого влияния были также и изобразительное и декорационное искусство. А именно иконопись, театральное искусство и авангард. — Вы сказали, в коллекционировании для вас важно было дело сохранения культурных ценностей — мол, эти вещи, если бы не вы, могли пропасть. А какой-то моральной компенсации нет в этом? — Я последние пятьдесят лет стараюсь не отвечать журналистам на такие вопросы. Мое отношение к русскому искусству — да, какая-то компенсация. Неосознанное чувство долга. Или осознанный протест. Большевики вышвырнули мою семью из географической России, но не могли же они меня выгнать из моей России, как она существует в моем представлении. — Вот это тоже важный и частый у вас аргумент: то, что вы собирали, это было еще и в пику преобладающим тогда представлениям о России. Я процитирую: «Вот она, моя Отчизна — умная, добрая, талантливая и красочная». Сохранилось что-то сейчас после той России, как считаете? — Часть интеллигенции и большая часть культуры — это от той, прежней России. — Вы видели советскую Россию, знаете нынешнюю — неужели есть что-то общее с той, прежней, вашей? Или это все-таки ближе к Востоку или Южной Америке, они вам тоже известны? Не коробит ли русского европейца от латиноамериканских нравов? — Для меня соотечественник тот, кто говорит по-русски и считает себя причастным к русской культуре. В этом смысле нынешних россиян я считаю соотечественниками. Что до нравов… Если бы это были только латиноамериканские нравы, то меня ничто не коробило в России. Я жил и работал в Латинской Америке и чувствовал себя там всегда прекрасно. Что куда как нечасто я ощущаю здесь. — Уроженец Болгарии, гражданин США, лондонский житель, чистокровный, притом чистокровнейший, русский — но сам себя вы как ощущаете? Я читал, в уме вы считаете по-болгарски. Существует ли вообще «голос крови», и что это такое для космополита, если вас не задевает такое определение? — За «космополита» в СССР я получил бы пятилетний срок. И это благодаря Хрущеву. До того минимальное наказание было 10 лет. Да, я русский космополит. — Получение американского гражданства сопровождалось для вас отказом от титула. Это как? Что за нужда? Потом жалеть не случалось? — Если историю помните, США были созданы как республика — в противопоставление Королевству Великобритании. Поэтому гражданство США исключает титулы. Но, как вы, наверное, знаете, Рюриковичи не получали своих титулов. Рюриковичи были князьями по праву меча. Это только потом, с приходом Романовых, самодержцы начали раздавать титулы. Так что я свой титул ни от кого не получал, и отнять его нереально. Это как бы сказать, что я не Ростовский. Поэтому я не жалею о юридическом акте, обязавшем меня отказаться от своего титула, — не о чем жалеть. Я своим титулом не пользуюсь. Все мои официальные документы, как и неофициальные, подписаны «Никита Лобанов». — Но все же, как к вам обращаться? «Ваше сиятельство»? — Предпочитаю по имени-отчеству. Никита Дмитриевич.

Светлана: С 6 по 31 марта выставка "Избранные красотой. К 100-летию балетных сезонов Сергея Дягилева в Париже" 2009 год – отмечается во всем мире как год 100-летнего юбилея «Русских балетных сезонов». В ноябре 2008 года в Центре русской культуры в Париже (ул. Буасье 61) при поддержке Комитета по Культуре Правительства Санкт-Петербурга прошла выставка, посвященная столетию со дня первой постановки, осуществленной антрепризой Сергея Дягилева на парижской сцене. В Санкт-Петербурге эта выставка, дополненная работами театральных художников, будет показана впервые после парижского вернисажа. Как всегда в галерее Slavinsky каждый зал будет решен с особой режиссерской подачей. В числе прочих сюрпризов, посетители смогут почувствовать особое настроение в специально подготовленной «гримерной» прима-балерины Мариинского театра. Отдельный зал представит звезд современного петербургского балета в фотографиях Валентина Барановского. Мы хотим показать Вам волшебство, загадку и забытую тайну красоты балета. И испытать вместе со зрителями то чувство благоговения, с которым относились к эстетике балета современники Анны Павловой, Матильды Кшесинской, Тамары Карсавиной. Будет представлена живопись, скульптура и фотография. официальный сайт галереи Slavinsky www.ivan-slavinsky.ru Запрос пресс-релиза и аккредитация журналистов на пресс-конференцию 5 марта в 17.00: ekaterina@ivan-slavinsky.com

Карина: источник ВЫСТАВКА "Театральные легенды Петербурга" Санкт-Петербургский государственный музей театрального и музыкального искусства С 13 марта 2009 года в основном здании Музея на пл. Островского, д.6., расположенном в бывшей Дирекции императорских театров, открыта новая постоянная экспозиция "Театральные легенды Петербурга". После реставрации для посетителей открываются три зала, где будут представлены экспозиции: "Искания театра эпохи Серебряного века", "Театральный авангард 1920- 1930- х гг." и "Советский" театр за "железным занавесом". Уникальные музейные экспонаты расскажут о творчестве прославленных мастеров сцены, с которыми связаны театральные реформы и новации русского театра первой половины 20 века - Вс. Мейерхольда, М. Фокина, А. Павловой, В.Нижинского, В.Комиссаржевской, Ф. Лопухова, Г. Баланчина, Н. Акимова и мн. других. Средствами музейного дизайна созданы образы театра эпохи мирискусников, авангардистов, времени господства социалистического реализма. В экспозиции широко используются современные технологии, позволяющие представить историю театра в контексте эпохи и способствующие вовлечению посетителей в интерактивную музейно-театральную игру.

Ольга Белицкая: 26.03 Фотографическая выставка Михаила Барышникова С 26 марта по 18 мая в Государственом Русском Музее в Санкт-Петербурге в залах Строгановского Дворца пройдет фотографическая выставка Михаила Барышникова Merce My Way. Проект подготовлен и организован галереей "Победа", где выставка Михаила Барышникова проходила с 5 ноября 2008 по 31 января 2009 года. Источник, подробности

Карина: источник Выпуск № 054 от 27.03.2009 Танец как живопись Центральная тема выставки, открывшейся в Строгановском дворце, – танец. Главных героев двое и оба знамениты – хореограф Мерс Каннингем и танцор Михаил Барышников Полина ВИНОГРАДОВА Первый изобретал новые хореографические комбинации, организовывал движение во времени и пространстве, тщательно обдумывая каждый поворот головы. Второй находился рядом, пытаясь запечатлеть происходящее с помощью цифрового фотоаппарата. Получилась серия фотографий Merce my way («Мерс Каннингем, каким я его вижу»). В залах Строгановского дворца представлено около двух десятков цветных фотоснимков размером 90 х 75. Все они были сделаны Барышниковым на генеральных репетициях балетов 90-летнего Каннингема в 2006 – 2007 годах. Ранее снимки выставлялись в московской галерее «Победа», которая теперь помогла отделу новейших течений Русского музея привезти выставку в Петербург. Михаил Барышников фотографирует уже более 30 лет. Петербуржцы имели возможность видеть его серии «Черно-белые мгновения» и «Доминиканцы танцуют». На новой серии снимков мы видим абстрактные пятна, как правило, контрастных оттенков: синий в соседстве с красным становится фиолетовым, зеленый рядом с розовым кажется желтым. Контуры размыты, силуэты едва угадываются. Мгновения отказались выполнять волю фотографа – так и не остановились. Танец продолжается. Белые пятна на черном фоне напоминают мазки кисти. Красные фигуры в крупных пикселях (следствие цифровой печати крупных изображений) отсылают к пуантилизму Жоржа Сера, который выдвигал теорию о том, что каждый предмет состоит из множества разноцветных точек. Фотографии Михаила Барышникова от простых любительских кадров отличает недосказанность, незавершенность. Знаменитый танцовщик, не понаслышке знающий все капризы балетного искусства, наверняка понимал, что танец и фотография – понятия плохо совместимые. Любой фотограф-профессионал скажет, что снимки засвечены, контуры тел размазаны, изображения расплывчаты, некоторые затемнены, другие – чересчур светлые. Однако цифровые отпечатки, лишившись признаков качественных фотографий, приобрели сходство с живописью. Заведующий отделом новейших течений Русского музея Александр Боровский сравнил белые пятна человеческих тел на сцене с «Кувшинками» кисти Клода Моне. Разумеется, любые параллели с творчеством импрессионистов случайны. В качестве источника вдохновения автор называет книгу фотографий «Балет в движении» Поля Гиммеля (1956) и фотографии из серии «Танцовщица» известного фотографа Ирвинга Пенна. Осматривая выставку, невольно задаешься вопросом, неужели тело – это всего лишь гибкая и эластичная материя, которая становится шедевром только в руках мастера? На одном снимке тело – набор геометрических фигур. На другом – подвижный механизм, не чувствующий боли. На соседней фотографии тело напоминает крепкий каркас. Следующая фигура – что-то призрачное, воздушное, как облако. Ломать голову над природой танца можно сколько угодно – все без толку. Даже великий танцовщик не способен дать точный ответ. Поэтому просто делится впечатлениями. В 1990-х Мерс Каннингем начал использовать компьютерные программы для создания новых танцевальных вариаций. Он был убежден, что технический прогресс приносит пользу искусству. Он не считает, что цифровой фотоаппарат – удел дилетантов и любителей. Правда, Каннингему чужды эмоциональные всплески, которыми пронизаны снимки Барышникова. Он, скорее всего, сказал бы, что тело – машина, в которую можно вложить любую программу. Его танцоры действуют как роботы, выполняя невероятные движения на пределе человеческих возможностей. Но эти танцы выглядят на фотографиях Михаила Барышникова символом свободного полета. Становятся тем, чем они, по сути, не были – выражением легкости, спонтанности, изящества. Будто артисты балета Каннингема больше не пластилиновые куклы в жестких руках хореографа, но мотыльки, летящие на свет. Не важно, что это всего лишь вспышка фотоаппарата. Выставка открыта до 18 мая.

Карина: источник Шаляпин переедет уже в апреле 18 февраля 2010 Материал подготовила Виктория Аминова Санкт-Петербургский музей театрального и музыкального искусства пригласил журналистов в гости, чтобы рассказать о планах на 2010 год. Директор музея Наталья Метелица обозначила основные проблемы и рассказала о самых интересных предстоящих событиях. — В апреле мы наконец-то открываем дом-музей Федора Шаляпина, в котором был проведен очень сложный ремонт. Этот дом — наша беда, потому что он очень стар и мы в этого «старика» пытаемся влить какие-то свежие силы, а это очень трудно. Потому что у дома гуляет фундамент, к тому же рядом идет строительство новых домов, от которого наше здание сотрясается и покрывается все новыми и новыми трещинами. До сих пор наш «Шаляпин» был в гостях у «Шереметева», но сейчас мы начали демонтаж шаляпинской экспозиции в Шереметевском дворце, для того чтобы в апреле она появилась уже у себя дома. У нас открывается очень интересная услуга — посещение открытых фондов. Это будет происходить два раза в неделю: один раз в воскресный день, другой на буднях. Можно будет прийти и посмотреть в режиме открытого хранения коллекцию Лобановых-Ростовских. Это русская графика, будут выставлены практически все 810 работ. А вот насчет еще одной уникальнейшей выставки, запланированной нами на июнь и посвященной Рудольфу Нурееву, есть сомнения, появится ли она вообще. У нас есть договоренность с французским Центром сценического костюма на организацию в Шереметевском дворце выставки костюмов Нуреева. Правительство города выделило средства на хранение этой выставки здесь, а французская сторона отвечает за доставку коллекции из Франции в Петербург и обратно. Но надо сказать, что самое дорогое в любой выставке — это даже не страховка, хоть она и может стоить миллионы, самое дорогое — это доставка, и французы не могут найти эти деньги. На самом деле деньги не такие большие — полтора миллиона рублей, и если нас услышат какие-нибудь компании и помогут, то мы увидим костюмы, в которых блистал на сцене Рудольф Нуреев. Фотовыставка «Мона Лиза русского балета» будет посвящена столетию прославленной русской балерины Галины Улановой, а эта ассоциация возникла оттого, что «Мона Лиза» кисти Леонардо всегда символизировала для нас что-то непостижимое, таинственное, совершенное. У нас в России были и есть и другие великие балерины, но все-таки Уланова — вне конкурса, она абсолютна. А вот что такое «зал театральных чудес», пока не расскажем! Это должно быть сюрпризом. Скажу только, что экспозиция о театральной жизни Петербурга XIX века будет заканчиваться залом, посвященным корифеям русской сцены. Посетители по замыслу должны неожиданно для себя попасть в затемненный зал, где перед ними возникнут образы великих актеров.

Карина: источник Валентин Барановский. Закулисье (фотография) c 28 апреля по 25 мая Санкт-Петербург Для нас, простых зрителей, театр – это всегда нечто возвышенное и неприкасаемое, и мы совсем не задумываемся о том, как появляется на свет волшебное чудо спектакля и о том, что скрыто от наших глаз за кулисами театра. И уж, конечно, далеко не каждый смертный может столь беспрепятственно фиксировать на плёнку эту таинственную жизнь… Но Валентин Барановский обладает этой привилегией по праву, ведь он посвятил театру более 30 лет. Бродя среди декораций и переодевающихся танцовщиков, иногда даже примеряя на себя какой-нибудь импозантный костюм, Валентин ничем не ограничивает свой собственный креативный процесс. И театр охотно преподносит ему всё новые сюжеты и пикантные мизансцены. Эта «изнаночная» жизнь театра – своеобразный отдых для фотохудожника, проводящего много времени в жёстком ритме репетиций и спектаклей. Ничто не ускользает от цепкого взгляда профессионала: и натёртые до кровяных мозолей ноги танцовщика, и исколотые иголкой нежные пальчики балерины, cнова и снова пришивающие ленты на пуанты. Нет-нет, да отразится в зеркале судьба постаревшей балерины и смертельная усталость изматывающих тренировок. Именно благодаря работе фотографа мы начинаем понимать, какой огромный труд скрывается в отточенности фуэте и как много людей самых разных профессий делает свою незаметную и необходимую работу для того, чтобы зритель мог наслаждаться искусством балета. Вот живописные кос-тюмерные, где кто-то изо дня в день бережно ухаживает за всеми этими великолепными пачками; вот по-балетному задорные работницы столовой; вот ответственный за чистоту пола на сцене, от которой зависит безопасность танцора. А вот – всегда невидимый Фотограф, благодаря труду которого останется история Балета навсегда! Евгения Логвинова, историк искусства, член АИС, член IFA ВАЛЕНТИН БАРАНОВСКИЙ Валентин Михайлович Барановский родился в Ленинграде в 1948 году и все эти годы живет в Коломне, недалеко от Мариинского театра. Увлечение фотографией началось еще в школьные годы. Фотокружок в ДК 1-й Пятилетки и студия во Дворце пионеров положили начало карьере фотографа. Потом было профессиональное училище, двухлетняя работа в бывшем фотоателье Карла Буллы на Невском, 54, учеба на факультете журналистики Ленгосуниверситета, десятилетие работы штатным фотографом АПН, сотрудничество с издательствами "Аврора", "Планета", с фирмой "Мелодия". Особое место в архиве Валентина за-няли уникальные фотографии, сделанные на полуподпольных съемках концертов Ленинградского рок-клуба в начале 80-х. Первые выступления “Аквариума”, Кинчева, Шевчука, приезды в Ленинград "Машины времени" запечатлены камерой Валентина. Барановский работает в разных жанрах: репортаж, очерк, видовая съемка, пейзаж. Особенно ему удаются виды Петербурга и жанровые снимки, когда он застает известных и неизвестных людей в неожиданнх и очень характеристичных ситуациях. И, конечно, главным делом жизни фотографа Валентина Барановского стала фотолетопись музыкального театра Петербурга - Мариинки (и не только ее), балета, оперы, театрального закулисья, которые он снимает с начала 70-х годов. Многие годы он официальный фотограф Мариинского театра, а его фотоработы стали основой изобрази- тельного ряда книги "Три века петербургского балета". Арт-галерея "АРКА" Адрес: город Санкт-Петербург, Большая Морская ул., д.6 Проезд: Метро "Канал Грибоедова", перед аркой Главного Штаба перед Дворцовой площадью Телефоны: (812) 312-40-12

Карина: источник Выставка, посвященная Галине Улановой, откроется в Санкт-Петербурге © РИА Новости. Умнов 18:27 29/04/2010 МОСКВА, 29 апр - РИА Новости. Выставка "Мона Лиза русского балета. Галине Улановой посвящается", приуроченная к 100-летию со дня рождения великой балерины, откроется 17 мая в Музее театрального и музыкального искусства в Санкт-Петербурге, сообщили РИА Новости в Фонде Галины Улановой. Дата открытия выставки приурочена ко дню выпуска Галины Улановой из Вагановского училища, который сама балерина считала своим вторым днем рождения: "16 мая 1928 года - число моего выпускного спектакля, решающий день в моей жизни", процитировали в фонде ее слова. На выставке покажут и сценические костюмы балерины, и фотографии, запечатлевшие Уланову в лучших ролях, и эскизы декораций балетов, в которых она блистала, и личные вещи - например, детское платьице, сшитое для маленькой Гали ее матерью, известным педагогом хореографического училища Марией Федоровной Романовой, и подарки поклонников, восхищенных ее талантом. Экспонаты предоставят Санкт-Петербургский музей театрального и музыкального искусства и Музей-квартира Улановой в Москве, музеи Большого и Мариинского театров и Музей Академии Русского балета. Выбор музеев двух городов не случаен: первая половина жизни Улановой прошла в Ленинграде, где она училась и блистала на сцене Мариинского (тогда - Кировского) театра, вторая - в Москве в Большом, в качестве его примы и педагога. Две столицы для нее были равно важны. Сергей Прокофьев называл Уланову "гением русского балета, его вдохновенной поэзией", Николай Бенуа говорил, что она - "Рафаэль с душой Микеланджело", а балетмейстер Федор Лопухов сравнивал танцовщицу с Моной Лизой. Она стала не только кумиром своей эпохи, но и ее символом. Такое отношение выдающихся деятелей русской культуры и публики к балерине - как к музе, как к божеству - определило название, характер и дизайн выставки, сообщили в пресс-службе фонда. Галина Уланова стала первой и непревзойденной исполнительницей знаменитых балетов "Бахчисарайский фонтан", "Ромео и Джульетта", "Медный всадник", "Золушка", она признана лучшей Жизелью ХХ века, изменившей традицию исполнения роли.

Vladimir: В Шереметьевском дворце открылась выставка "Рудольф Нуреев нити времени". Выставка небольшая, но симпатичная. На выставке представлены костюмы Нуреева и ряд фотографий. Нон стоп идут фрагменты балетов с участием Нуреева очень хорошего качества. Выставка продлится до 12 сентября.

Сильфида: Vladimir , а там случайно диски с Нуреевым не продаются? И книги?

Vladimir: Там продается каталог выставки.

Карина: «Артисты Мариинского театра в открытке». 13 октября в Музее-квартире Александра Блока открылась выставка «Артисты Мариинского театра в старой открытке», приуроченная к 150-летию со дня открытия здания Мариинского театра. На выставке представлены 150 открыток из фондов Государственного музея истории Санкт-Петербурга с изображением лучших артистов Мариинского театра конца XIX — начала XX века, многие из которых жили в Коломне и были соседями, а некоторые и хорошими знакомыми Александра Блока. О многих из них поэт оставил воспоминания в дневниках, письмах, строках своих стихотворных произведений. В их числе «неисправимый вагнерист» Иван Ершов, «царь-бас» Фёдор Шаляпин, «трагическая муза танца» Ольга Спесивцева, «вдохновенная танцовщица» Елена Люком. Лица этих людей можно увидеть на старых открытках из коллекции музея. Также на выставке можно услышать редкие записи голосов знаменитых оперных артистов прошлого, увидеть фрагменты видеозаписей выступлений артистов балета, прочитать посвященные Мариинскому театру и его артистам стихи Блока и других поэтов. Дополнят выставку театральные программки и афиши конца XIX – начала XX века. В рамках выставки проводятся субботние пешеходные экскурсии по Коломне: * «Оперные артисты Мариинского театра в Коломне»: 23 октября и 6 ноября, начало в 13:00; * «Артисты балета Мариинского театра в Коломне»: 30 октября, 13 ноября, начало в 13:00. Выставка продлится с 14 октября по 16 ноября Музей-квартира Александра Блока в Петербурге: ул. Декабристов, дом 57 Часы работы музея: пн.—вс., 11:00—18:00, выходной день: среда Дополнительная информация: по телефону +7 (812) 7138627

Карина: источник Санкт-Петербургский государственный музей театрального и музыкального искусства Фонд содействия балетному искусству Дианы Вишневой К 15-летию творческой деятельности ДИАНЫ ВИШНЁВОЙ Выставка «ДВИЖЕНИЕ НИКОГДА НЕ ЛЖЁТ» 22 июня – 28 августа 2011 года Мультимедийная выставка, посвященная творчеству балерины. Экспозиция, представленная в двух залах музея, передаст неповторимую атмосферу происходящего «за кулисами»: мягкий свет гримерной комнаты, фотографии и видео с самых полюбившихся публике спектаклей, сценические костюмы знаменитой балерины.



полная версия страницы